Католицизм - православный взгляд или католическая церковь как она есть

ЩИРЕ СЛОВО ДО ГАЛИЦЬКОЇ МОЛОДІ
Написано Феодосием архиепископом Полтавским и Кременчугским и приурочено к 400-летию Брестской унии с целью рассказать: ЯК, ЧОГО І КИМ була запроваджена у нас ця унія — чужа для нашого народу віра. Дано в Полтаві року Божого 1995 "ЯКА ПРОПОВІДЬ, ТАКА І ВІРА" (1 Кор. 15, 11)
Как польские иезуиты планировали нас уничтожить
"Проект об уничтожении греко-российского вероисповедания в Русских областях, представленный в начале 17-го века, государственным чинам Польши, ксендзом-иезуитом."
КАТОЛИЦИЗМ І УКРАЇНА
Священик Олексій Добош
РИМ И РОССИЯ
"ПРАВОСЛАВИЕ РИМО-КАТОЛИЧЕСТВО ПРОТЕСТАНТИЗМ СЕКТАНСТСТВО" Сравнительное богословие Москва 1998г. стр. 80-85
ВАТИКАН: НАТИСК НА ВОСТОК
Сборник материалов Текст книги взят из издания: Москва, "ОДИГИТРИЯ" 1998г.
Крестовый поход Кароля Войтылы
Русская линия. Санкт-Петербург. 2001г.
Церковь, Русь, и Рим
В книге известного русского зарубежного историка Церкви Н.Н.Воейкова "Церковь, Русь, и Рим" дано подробнейшее исследование истоков, разрыва и дальнейшей судьбы взаимоотношений Латинства и Православия. Глубочайший исторический анализ совмещается с выводами о вселенской значимости и актуальности идеи Русской Православной Монархии, об "удерживающей" миссии Русских Православных Царей и причинах неурядиц в современной России. Книга может использоваться как учебное пособие и как увлекательный исторический очерк для вдумчивого читателя. Текст книги взят из издания: Н.Н.Воейков. Церковь, Русь, и Рим.-Мн.: Лучи Софии, 2000. - 656 с. ISBN 985-6171-26-1
О православии и католичестве
Подборка статей известного русского мыслителя.
ПОПЫТКИ РИМСКОГО ДУХОВЕНСТВА ПОДЧИНИТЬ СЕБЕ РУССКУЮ ЦЕРКОВЬ
Глава из книги "Рассказы из Русской Церковной истории"
Жизнь и смерть священника Гавриила Костельника

Как польские иезуиты планировали нас уничтожить

"Проект об уничтожении греко-российского вероисповедания в Русских областях, представленный в начале 17-го века, государственным чинам Польши, ксендзом-иезуитом."

Версия для печати

(Перевод с польского)

(Киевские епархиальные ведомости 1862 г.-№6-5 мар.-стр.170-182)

Ежели целость и безопасность государства основана на взаимной любви, а любовь более всего поддерживается единством веры, то мы, поляки, желая целости и безопасности своему Отечеству, всемерно должны стараться с особенным усилием о единстве веры между подданными, поелику же сие единство в краях Русских, как коронных, так и Великому Княжеству Литовскому принадлежащих, кажется (особенно по отношению к простому народу), наиболее разрушается разностью веры, то государственные чины и каждый поляк, в особенности желающий сохранить целость и безопасность своего Отечества, должны поставит себе в обязанность, чтобы Греческое вероисповедание, вероисповеданию Латинскому противное, всячески выводить, то презрением, то преследованием, то притеснением тех, которые держаться онаго, и другими, сколько то возможно деятельными средствами. Будучи полчком, в жилах коего течет кровь древних поляков Латинского вероисповедания и желая от всего сердца счастья моему Отечеству и вместе большего распространения Римо-католической веры, я, со своей стороны, почитаю средства следующие действительнейшими к искоренению суеверных, или каких бы то ни было, Греческих обрядов и введению на место их обрядов Латинских вместе с верою Святой Римской Церкви, и представляю сии средства всем истинным поборникам сей веры и патриотам. И так:

Во первых, чтобы нам совершить столь спасительное и вожделенное предприятие, должно стараться хранить некоторую дружбу с Россией и возводить на Польский престол таких государей, к которым бы была расположена сия держава. Ибо если то справедливо, что на поступки врага более обращают внимание, то и Россия, будучи с нами в дружбе, не будет наблюдать наших действий, к чему они клонятся, и дела без помех пойдут своим порядком, чем с большею для нас пользою, тем с большим для России вредом.

Во вторых, дворянство Русское Греческого исповедания, хотя оно и соединилось с Римским и находится в унии, а тем более отщепенцы (schyzmatycy) ни к каким должны быть допускаемы государственным должностям, особенно же к таким, в которых они могут приобрести друзей, нажить имение и снискать себе какое либо уважение, и таким образом покровительствовать всем своим единоплеменникам, что должно ограничить на сеймах новым, строжайшим прежняго, постановлением. В особенности каждый поляк должен в собрания чуждаться русского, в соседстве никакой не заводить с ним дружбы, разве для своей выгоды; в разговорах, в присутствии русского, более всего говорить о суеверии русских и т.п. После сего я почти могу уверить, что всякий лучше захочет переменить вероисповедание и совершенно отказаться, что он был когда либо русским, нежели всю жизнь терпеть столько досад и оскорблений.

В третьих. Зажиточнейшие обыватели Отечества не должны принимать Русских ни в какие услуги, особенно не допускать их туда, где они могли бы сколько нибудь образовать себя; разве в том, только случае, когда можно надеяться, что они откажутся от своего вероисповедания; ибо таким образом, пребывая в невежестве, они впадут в крайнюю нищету, и останутся в самом презренном уничижении, следственно принуждены будут или совершенно пасть от своей бедности или переменить вероисповедание для какого-нибудь повышения и улучшения своего состояния.

В четвертых. Так как в городах и местностях Русских находится еще весьма значительная часть зажиточных жителей, то и сих нужно довести до нищеты и невежества, чтобы не могли ни деньгами ни умом помочь себе, а достигнуть сего можно следующим образом: ежели города находятся в земских имениях, то наследственные владетели, одним введением Жидов и помещением их в центре города, погубят Русских, ибо Евреи, по природной своей хитрости, приберут в свои руки все средства к приобретению доходов, и завладеют всем г городе: вытеснят Русских жителей из города и заставят их вступить в крестьянство. Если же города считаются в имениях принадлежащих Двору, то государственные чины под разными предлогами, должны мало помалу заставлять и приучать к барщине жителей тех из сих городов, которые не столь значительны; в прочих же кроме введения Жидов, для выше упомянутой цели, нужно, хотя не много, ввести Римских католиков. Равным образом не бесполезно иметь в виду и то, чтобы всякие дела и Магдебургские и другие права выпускаемые были на польском, а не на русском языке, отчего русские останутся большими навсегда невеждами, и никто из них не будет иметь в городах ни силы ни важности.

В пятых. Самый трудный пункт к разрешению в сем благодетельном начертании, составляют архиереи и священники, из коих одних нужно всеми мерами стеснить, а других ослепить, чтобы не могли ни возвыситься, ни думать, а тем более делать, что захотели бы. В том и другом случае, как должно поступать с архиереями и как со священниками – открою средства. Архиереи, кроме того, что должны быть из шляхты, как положено прежде конституцией, должны быть назначаемы из тех, которые находятся в родственных связях с фамилиями Римского вероисповедания, чтобы при жизни благодетельствовали им, и то, что по смерти будет оставаться, доставалось в наследство не Русским, но Полякам. Кроме того, мы и приемники наши никогда не должны допускать Русских епископов к заседанию в сенате, чтобы они не доставляли своему вероисповеданию никаких важных преимуществ, не старались о возвышении единоплеменников, не заводили дружбы с почтенными и везде уважаемыми в Отечестве лицами, а более всего, что касается до настоящего предмета, чтобы они и догадаться никак не могли, что подобный проект в рассуждении их и целой Руси предпринимается и выполняется.

В шестых. Епископы наши все вообще, взявшись так сказать за руки, должны приводить в действие с особенным тщанием то, чтобы архиереи Русские носили только титул викарных, оставаясь в зависимости и подчиненности от латинских; чтобы они и их священники подвергаемы были ревизии наших прелатов, публично наказываемы за преступления, и чтобы им выставляемы были в вид их суеверия, ибо таким образом архиереи не будут иметь довольно силы, противиться сему, а народ, будучи понуждаем римским начальством, удобнее склонится к тому, чтобы отступить от существенных своих обрядов.

В седьмых. Священники в наши времена большие суть невежды, совсем не ученые, без всякого просвещения и если они навсегда останутся в таком состоянии, то это только не будет служить препятствием, но тем более будет способствовать к осуществлению всего проекта; ибо будучи оставлены без образования, в невежестве, они не в состоянии будут ни знать своих обрядов, как и когда они установлены, ни постигать причин, по которым они введены в Русскую Церковь, ни внушать народу, что обряды сии подлинно заимствованы от Греческой Церкви, ни ясно и убедительно доказывать, что они ни в чем не изменены, ни суеверны, ни наконец, основательно противиться уничтожению оных. А для того чтобы удержать их (что для весьма нужно) в столь глубоком невежестве, самым действенным средством я почитаю бедность, в которой они как доселе оставались, так из оной никогда не выйдут, если станем поступать с ними следующим образом:

1. Нужно чтобы помещики не давали никаких новых эрекций иначе, как с тем, чтобы каждый рукополагающийся во священника покупал для продовольствия себя и своего семейства ту землю, которою пользовался его предшественник; таким образом продающий и покупающий будут подвергаться преступлению симонии, как учили наши богословы;

2. Если где находится деревня эрекции то и там имеющие право давать одобрение (jus representandi) при выдаче оного могут брать деньги от поступающих во священники без всякого зазрения совести, не за одобрения, чтобы эти деньги не показывались тогда некоторым образом церковными, но дабы тут же, в самом начале, поставить священника в невозможность запастись раскольническими и отщепенскими (schyzmatyckiemi) книгами. При выдаче же одобрения не должно описывать грунтов и прочих угодий обстоятельно (specifice) ибо таковые одобрения могут служить вместо эрекций – правом на все те выгоды какими пользуется наше духовенство; довольно в сем случае держаться следующей, которую я имел случай читать, копией: «я N.N. даю одобрение N.N., освобождая от всяких повинностей господских, высылки подвод, и проч.». С таким-то благоразумием поступали древние Поляки, предки наши, достойные бессмертной славы. Почему и пользовались они, если не более, то наравне или малым чим меньше, от священников, нежели от крестьян, ибо священнику нигде не позволено было брать водку, как только у еврея арендатора, а если еврей ловил с оною на дворе священника, или в доме отыскивал, то тот час выводил пару волов из двора священнического; не позволялось также печь самим просфор, молоть хлеб в другой какой-либо, кроме означенной мельнице, и в случае если бы священник то нарушил, еврей, разбивши амбар или кладовую, забирал и весь его хлеб. Таковыми и сим подобными средствами предки наши многих отщепенцев заставили обратится в нашу святую веру. Употребляя и мы сии средства, успеем, при помощи Божьей, перевесть и прочих по крайней мере на униатов, и со временем всех обратить в римских католиков. Намерению нашему будет способствовать и то, ежели мы запретим священникам наживаться на счет наших крестьян, и посредством их обогащаться. В сем случае и экономы и управители имений, если смерть переселит кого-нибудь в другую жизнь, должны призвать к себе наследников умершего хозяина и определить им, что они должны будут заплатить за погребение: если же священник назначаемою наградою не будет доволен и умершего погребать не станет, то общество пусть занесет труп ему на двор; должно также назначать самую ничтожную сумму за совершение прочих треб, чем воспрепятствуем им брать с крестьян и лошадей, коров, волов и недвижимое имение, отказываемое по завещанию, а не редко и вынужденное; прекратим всякие их взятки как за таинства, так и за вымышленные ими обряды, а через то доведем их до такой бедности, что они не в состоянии будут иметь и приличного одеяния, а тем более богатого. Как же им будет запасаться потребными книгами, или, что важнее, давать детям своим хорошее воспитание? С прекращением сих приобретений законных, они лишатся всяких доходов и всяких средств для поддержания своего состояния. Вообще все мы должны предложить на сеймах римско-католическим епископам нашим и сей проект, чтобы они собором (sinodaliter) постановили, что за какие требы должно платить русским попам, и обязали бы архиереев, чтобы они предписали протопопам или наместникам, чем и за что должен довольствоваться священник. Поступая таким образом, мы не попустим священникам выйти из бедности, что для нас будет весьма полезно, а для русских нестерпимо; и сверх того возбудим еще в крестьянах посредством таковой потачки, приверженность к себе, а к священникам ненависть, чем удобнее и приклоним их, когда ни захотим на свою сторону.

В восьмых. Семейства священников во всем должны зависеть от власти местного господина и его управления и, для большего их уничижения, должны быть строго наказываемы за самые малейшие преступления или неповиновения. При чем надобно распускать слухи, что сыновья каждого попа, обыкновенно (popovicze) называемые, кроме одного, который на место своего отца имеет поступить потом, не освобождаються от крестьянства; что они не могут появляться в вольных городах, ни пепереходить с одного места на другое. Когда же они придут в такое состояние, что не станут верить сим неосновательным слухам, то нужно будет сделать постановление под предлогом, будто это делается для понуждения их к образованию себя, именно, что такие то из поповичей, которые не достигнут своего образования, пусть остаются крестьянами своих господ-помещиков. А поелику же они имеют свободный вход в наши публичные училища, подобно всем дворянским детям, то сии последние должны их преследовать: отцы их (т.е. дворянских детей) незаметным образом да подадут им к тому способы, а благоразумные наставники, зная (ибо я сам испытал), не только будут потворствовать сему, но и сами даже могут преследовать. Таким образом пусть никто не считает нужным делом запрещать всем детям русского духовенства поступать в училища, потому что:

1) дети дворян, как обыкновенно случается в буйной молодости, сделав какое-либо преступление, будут иметь случай сложить свою вину на русских;

2) русские, получив от нашего духовенства хорошее образование, еще больше станут объяснять своему народу, что таинства Римской Церкви имеют такую же важность, как таинства Церкви Российской, что обряды одни другим не противны, что римо-католическое вероисповедание и верование Греческое есть одно и тоже. А это все, с течением времени, к удобнейшему преклоннию упорных умов русских послужить может.

В девятых. Но если бы по какому нибудь случаю, (чего, впрочем, не надеюсь) русские достигли надлежащего образования, то надлежит с ними поступать таким образом: уговаривая тех, которые захотят оставаться в духовном звании, чтобы они вели жизнь безбрачную, и оказывать сим более нежели другим уважения, давать более свободы увеличивать доходы и прочее. Когда таким образом все имеющие намерение поступить во священники с охотою станут избирать род жизни безбрачный, тогда намерения наши вполне достигнут своей цели; ибо по смерти безбрачных священников, некому будет заступать места: мещанским и крестьянским запретить учиться, поповичей не будет, русского дворянства тоже мало и то без всякого образования, и так дело дойдет до того, что мы станем определять на сии места своих приходских священников (plebanow) нашего римского вероисповедания, а нам это и нужно.

Православное христианство.ru Коллекция.ру Рейтинг Rambler's Top100