Жизнь и смерть священника Гавриила Костельника

Константин Ерофеев (Специально для проекта Антипапизм)

Жизнь и смерть священника Гавриила Костельника

Шестьдесят лет назад 20 сентября 1947 года во Львове от рук врага Православия принял мученическую смерть видный богослов и общественный деятель, инициатор воссоединения с Православной Церковью униатов Львовской, Тернопольской, Станиславской и Дрогобычской областей, патриот России и славянства доктор философии протопресвитер Гавриил Костельник.


О. Гавриил родился 15 июня 1886 года в старой украинской колонии Русский Керестур в Южной Мадьярщине, которая после I Мировой войны отошла к Югославии. Эта область пересечения традиций русинов и хорватов, украинцев и венгров, граница геополитического разлома между Западом и Востоком, католицизмом и Православием. Родители будущего пастыря – простые и благочестивые крестьяне Федор и Анна Гомзов-Костельники – стремились дать сыну образование. Начальное образование Гавриил получил в родном селе в мадьярской школе, хорватскую гимназию окончил в Загребе и там же, в Загребском университете, начал свое богословское образование.

Ведомый любовью к родному краю, Гавриил в 1906 году переехал во Львов (входивший в состав Польши) и здесь продолжил свое богословское образование в Духовной семинарии. После окончания семинарии он изучал философию во Фрайбургском университете в Швейцарии, где за два с половиной года приобрел ученую степень доктора философии. В 1913 года Гавриил Костельник был рукоположен во священника и после окончания войны более тридцати лет беспрерывно служил во Львове как пастырь. Одновременно преподавал богословие и философию в греко-католической семинарии (до 1928 года), был профессором в Богословской академии (до 1930 года), преподавал в гимназиях и был редактором религиозного журнала «Нива» (до 1930 года).

Уже в юношеские годы будущий пастырь проявил выдающиеся творческие таланты, удивлял всех знавших его выдающейся трудоспособностью. Рано начав писать стихи, он уже на 18-м году жизни издал книгу стихов, написанную на родном бачванско-русском диалекте. О.Гавриил писал стихи также на сербохорватском и латинском языках, но более всего на родном украинском языке. Блестящий гуманитарий, о. Гавриил добился успехов во многих областях знания: составил грамматику бачванско-русского диалекта, явившись по сути основоположником бачванско-русской литературы.

       «Однако, - как писал Макарий, Архиепископ Львовский и Тернопольский и Мукачево-Ужгородский, - самое большое внимание уделял о. Костельник научной разработке вопросов богословия, философии и нашей церковной истории. Неутомимыми исканиями проницательного своего разума он стремился познать правду Божию и волю в жизни нашей Церкви и народа. Высокое образование и глубокое исследование самих источников христианской науки, внутренняя потребность служения истине привели о. Костельника к критической оценке латинства и его искажений христианской веры, обряда и церковной истории.О.Костельник смело и решительно боролся против введения целибата, или безбрачия духовенства, когда Рим хотел этим путем ускорить легализацию унии в Галичине. Исследование творений святых отцов и учителей Церкви, изучение церковной истории наглядно показало о. Костельнику, что свет и истина не в Риме, а в Восточной Православной Церкви».

Отметим, что правящим архиереем Галиции в межвоенные годы был греко-католический митрополит Андрей Шептицкий. Слуга Ватикана не за страх, а за совесть, Шептицкий стремился окатоличить галицийцев, пусть и с использованием самых низменных методов – приверженности многих из них пещерной русофобии и национализму. Митрополит А.Шептицкий еще в 1917-18 г. пытался склонить в унию русских верующих, пользуясь чудовищной неразберихой революционной ситуации. Успехи в России были все же весьма скромные – не более двух тысяч перешедших из Православия в католицизм, в значительной степени бывшие униаты, малочисленный «русский» греко-католический экзархат во главе с протопресвитером Леонидом Федоровым вскоре развалился. В Галиции ситуация была принципиально иной – греко-католическая церковь Западной Украины насчитывала несколько миллионов последователей. Несмотря на то, что униаты (одни – по своей исторической тяге к Восточному Православию, другие – украинские националисты, противившиеся ополячиванию) критически относились к латинскому обряду, видя в нем оплот полонизма, подчас вступали в острую полемику и столкновения с латинским духовенством, Шептицкий видел в униатстве инструмент подчинения славянского населения интересам Ватикана. Вся его жизнь (сначала поддержка Германии в годы Первой Мировой, затем поощрение украинского национализма в крайних формах бандеровщины и оуновщины, в годы Великой Отечественной – пособничество гитлеровцам и благословения украинским нацистам в вооруженном сопротивлении Москве) была пронизана ненавистью к русским, советским, «москалям», православным.

Митрополит А.Шептицкий долгие годы благоволил о. Гавриилу, ценя его как выдающегося богослова и проповедника. Кроме того, о. Гавриил был большим патриотом национального самоопределения украинского народа, освобождения его из под власти польского государства, объединения восточных и западных частей Украины. Не был о. Гавриил и большевистским активистом как его пытаются представить враги Православия в современной Украине. Он весьма критически относился к атеистическому режиму в Советской России, был свидетелем бесчинств ежовщины в предвоенные полтора года, когда Западная Украина была включена в состав СССР. Правда, о. Гавриил никогда не ставил знак равенства между репрессивными органами и братским русским народом.

Насильственное ополячивание и окатоличивания православного населения Западной Украины больно задевало о. Гавриила, не принес душевного спокойствия и визит в Рим в 1925 году. По пути домой о. Гавриил горячо молился в православном храме М.Загреба, открывая для себя неземную красоту Православия. Но в то время молодой священник еще не был готов порвать с верой родителей. Но на страницах «Нивы» публикуются его статьи о благодати греческого восточного обряда, о необходимости очищения униатства от засилия латинизма, о необходимости вернуться к неразделенности христианства в духе первоапостольских времен.

В 9 номере «Нивы» за 1927 год в статье «Я так думаю» о. Гавриил пишет об истинности именно восточного, а не латинского литургического обряда. Мысли его первых статей окончательно оформились в книге «Спор про эпиклезу между Востоком и Западом» (1928 г.).

Папский престол в лице иезуита Спачиля обрушился на книгу с резкими нападками. О.Гавриил на страницах журнала пытался защищаться, но ученый спор был решен силой – о.Г.Костельник был лишен поста редактора и отдан под надзор митрополита А.Шептицкого. Но и под надзором о. Гавриил не переставал свидетельствовать правду. В 1936 году отец Гавриил на униатском съезде во Львове сделал доклад «Идеология унии», в котором утверждал обреченность Греко-Католической Церкви и необходимость возвращения к вере отцов. В 1943 году на львовском епархиальном соборе он выступил с критикой ватиканских догм, за что был в резкой форме лишен слова. С того времени о. Гавриил стал открыто призывать униатов вернуться в лоно Святого Православия.

«Сам Бог знает, - писал о. Гавриил, - что я духовно натерпелся в те годы (1920-1929 гг.), а открыто не мог говорить. Меня мучила дума о моем несчастном народе и я взялся за изучение католицизма, унии и православия на основе самых древних Соборов, папских документов и т.д. Я написал целую серию книг,чтобы мой народ пог дознаться до истинной правды, какую Бог дозволил узнать нашим предкам». В годы гонений о. Гавриил написал значительные труды: «Великие святые – Кирилл и Мефодий» (1927 г.), «Апостол Петр и римские папы» (1931 г.), «Развитие папства в первые пять веков» (1933 г.). Все они были напечатаны лишь после освобождения Львова советскими войсками в 1945-1948 гг.

Эти книги незаслуженно забываются теперь. Они полны глубоких рассуждений о самом духе католицизма, его психологии, экзегетике, догматике, церковной науке, особенностях латинского и восточного обрядов, истории взаимоотношений восточной и западной церквей. При этом книги носили характер научного исследования и не содержали оскорблений и насмешек над Западом.

В 1944 году о. Гавриил видел уже совсем других русских людей во Львове. Пережив ужасы гитлеровской оккупации, геноцид сначала русского, польского и еврейского населения львовщины нацистами, а затем и украинского, безумный террор против всех и вся украинских националистов, о. Гавриил увидел изменения в советской внешней и внутренней политике. В СССР было восстановлено патриаршество, были открыты тысячи храмов, духовные семинарии и академии, налаживались связи с поместными православными церквами. На смену безоглядному интернационализму 30-х в государстве возрождалось державничество, патриотизм. СССР оказался ведущей силой, победившей коричневую чуму, освободившей Восточную Европу, возрождавшей славянское единство.

О.Гавриил отдавал все свои силы ликвидации позорной Брестской унии 1596 года. В 1945 году он встал во главе инициативной группы по воссоединению Греко-католической Церкви Галичины с Русской Православной Церковью. 8-10 марта 1946 во Львове состоялся объединительный Собор, насильственной унии был положен конец. Сейчас на Западе и в националистических кругах Украины принято называть этот Собор «лжесобором». Нет никаких оснований верить этой пропагандистской шумихе: на Объединительном Соборе пристутствовало 216 архиереев и иереев, на площади перед собором Св.Юра решение Собора, затаив дыхание, ждали десятки тысяч мирян. В считанные дни абсолютное большинство приходского священства перешло из униатства в Православие (идею объединения поддержало 986 священников, отказалось – 281). Немногие «несогласные» (в основном, монахи) ушли в подполье, подались к «лесным братьям» или эмигрировали.

Враги Православия тщетно пытаются доказать, что о. Гавриил служил нашей Церкви по принуждению, а не по велению сердца. Для «доказательства» своей «правоты» они утверждают, что якобы сыновья священника были арестованы НКВД как бандеровцы и отца вынудили спасти им жизнь путем вербовки. Эти утверждения не соответствуют действительности. Один из сыновей действительно был арестован в предвоенный год, но вызванный в НКВД о.Гавриил отказался стать сексотом, заявив, что если сын виноват в преступлении, он не станет его выгораживать. Впоследствие его дети были убиты гитлеровцами.

Впрочем, наивно было бы думать, что НКВД-МГБ не стремился использовать в своих целях о.Г.Костельника. И.В.Сталин в те годы серьезно увлекался идеями Всеславянства, создания Балканской Федерации из южнославянских народов, вхождения отдельных славянских государств (Болгарии, Словакии) в состав СССР. В Москве предполагалось создать «Православный Ватикан», который должен был бы являться некоторой альтернативой Ватикану римскому. Сталинское руководство поддерживало возрождение православных церковных структур в Чехословакии, Албании, Франции. Без сомнения, советское государство ставило во многом утилитарные цели, стремясь подчинить своему влиянию Православную Церковь, пользовавшуюся исключительным доверием населения в военные и послевоенные годы. Равно как видело, что духовным оплотом и политическим крылом бандеровского подполья была униатская церковь. Многие из этих идей сегодня считаются грубым вмешательством светского (тем более, атеистического) государства во внутрицерковные дела. Но идеи были все же не так наивны. И в 40-е годы и сейчас наша страна стоит перед лицом необходимости поисков союзников в Европе, прежде всего в славянском мире. Никуда не исчезло духовное, политическое и военное противостояние Западу. О.Гавриил был поборником идеи славянского единства, православных ценностей и в определенном смысле мог рассматриваться как союзник государству, но именно как авторитеный и независимый в глазах людей церковный деятель, а не как наемник.

Годы Объединения – чрезвычайно плодотворный для о. Гавриила творческий период. Он пишет книги «Непогрешимость папы в римской Церкви», «Как римскии теологи воюют», «Примат латинской церкви и униатской церкви».

В 1948 году о.Гавриил прочитал два объемных доклада на совещании глав и представителей автокефальных Православных Церквей в связи с праздновании 500-летия автокефалии Русской Православной Церкви «Ватикан и Православная Церковь» и «Римская Церковь и единство Христовой Церкви». Доклады чрезвычайно тепло были встречены Святейшим Патриархом Алексием и высшим духовенством. В докладах была исследована история противостояния Западной и Восточной церквей на протяжении столетий, отмечен насильственный характер вовлечения славян в унию, освещены преследования православных униатами и латинянами в разных странах. Следует отметить, что о.Гавриил не шел на поводу у журналистов советских газет, обливавших Ватикан – «оплот капитализма» - ушатами грязи. Его доклад был как всегда выдержан, глубоко аргументирован, свидетельствовал о замечательной эрудиции.

В своих проповедях о.Гавриил также призывал к миротворчеству, необходимости отказаться от насилия, необходимости сообща строить новый церковный дом. Этим он выгодно отличался от пропагандистов-атеистов типа львовского писателя Ярослава Галана, провозглашавшего, что он «плюет на папу». Впрочем, для оуновцев и политическая агитация и смиренная проповедь была смертным грехом. Галан был убит 11 ударами топора, а чуть раньше оуновские пули оборвали жизнь о. Гавриила.

20 сентября о.Гавриил, как всегда, утром совершил в своем храме литургию. На пороге своего дома неподалеку от храма мученик был предательски убит двумя пулями в затылок. Убийца – им оказался Олекса Любинский – пытался скрыться, но будучи окруженным толпой людей, застрелился. Любимого пастыря провожала в последний путь 50 тысячная толпа верующих. Никогда еще во Львове не собиралось столько людей. ОУН предприняла попытку диверсии во время похорон, но органы безопасности сорвали эти кощунственные планы.

В Галиции сейчас строятся самые невероятные догадки относительно того, кому выгодна была смерть о.Гавриила. Делают предположения, что убийство осуществили сотрудники НКВД, хотя была убедительно доказана связь убийцы с оуновским подпольем и нацистским карателем «генералом» ОУН Шухевичем. Предполагают, что убийство Г.Костельника было провокацией, чтобы развязать правоохранительным органам руки в борьбе с ОУН. Но советские карательные органы всегда вели самую непримиримую больбу с украинскими националистами и ни в какой дополнительной санкции не нуждались. Маловероятным кажется и причастность к этому преступлению непосредственно Ватикана. Представляется, что у Рима были значительно более серьезные проблемы в 1948 году, чем сведение мелких политических счетов. Да и характер преступления и последовавшее за ним самоубийство террориста свойственны именно ОУН.

А что же теперь? Слава Господу, светлое имя о.Гавриила не забыто. На 50-летие смерти мученика Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II откликнулся  Посланием, где подчеркнул, что «гибель отца протопресвитера Гавриила Костельника явилась невосполнимой утратой для духовной жизни народа Божия», а также подробно остановился на сложнейшей церковной ситуации на Западной Украине, преследованиях православных вновь поднявшими голову униатами. На львовщине стали традиционными научные Костельниковские чтения, собирающие все больше людей.

В родной Воеводине о.Гавриила чтут и помнят, в родном селе проводится ежегодный фестиваль «Костельниковская осень», в 1995 году о.Гавриилу был установлен памятник. Как говорят его односельчане, здесь слава о.Гавриила спорит со славой самого Тараса Шевченко. Но само село вновь стало униатским, на славянское население бывшей Югославии Запад продолжает оказывать беспрецедентное давление...

Примечательно, что Ватикан, ранее злословивший о.Гавриила, теперь обращается к его научному наследию. Вот что пишет «Католическая Энциклопедия» об о.Гаврииле: «Многие его богословские статьи, написанные до 1939 года, предвосхищают идеи, позднее одобренные в документах II Ватиканского Собора... Костельник боролся с засильем неосхоластики в католическом образовании, настаивал на изучении аутентичных традиций византийской литургии и византийского богословия, решительно выступал за соблюдение прав греко-католиков на сохранение их религиозных традиций; однако понтификат Папы Пия XI не являлся благоприятным временем для пропаганды подобных взглядов».

И все же мы слишком небрежны к богатейшему богословскому наследию о.Гавриила, его книги в России и на Украине не переиздаются, идеи мало популяризируются. Не решается вопрос и о канонизации мученика, хотя на причислению о.Гавриила к лику святых ходатайствует православный архиепископ Львова Августин (Маркевич) и многие миряне. Многие противники о.Гавриила тем временем канонизированы Ватиканом – брат митрополитиа А.Шептицкого Клементий и экзарх «русских католиков» Леонид Федоров. Впрочем, в таком вопросе не должен присутствовать неуместный дух соревнования.

       В заключение хочется процитировать Слово Божие из Послания Святейшего Патриарха Алексия II: «Блаженны мертвые, умирающие в Господе, говорит Дух, они успокоятся от трудов своих, и дела их идут вслед за ними» (Откр. 14, 13).

Константин Ерофеев (Специально для проекта Антипапизм)