Брестская уния 1596 года

Николай ГАЙДУК

XXI. Борьба униатов за существование униатской церкви и возвращение к Православию


В 1792г. под давлением российского посла король освободил архиепископа Виктора Садковского из ченстоховской крепости. Владыка, поправив здоровье, принял архиепископство минское и направил свои силы прежде всего на разъяснение приходскому униатскому духовенству и верующим целей унии в плане полонизации. Он призывал их вернуться в лоно Православия.

Как могли помогали ему житомирский и браславский епископы. Их деятельность пришлась на то время, когда после второго раздела Речи Посполитой на территории, присоединенной к Российскому государству, особенно в архиепископстве минском, только с августа 1794г. по март 1795г. в Православную Церковь возвратилось около полутора миллионов униатов, более 600 униатских храмов, а также полторы тысячи униатских священников. Браславский епископ Иоанникий информировал Священный синод, что „с Божьей помощью в браславской губернии все 1090 униатских храмов сделались до конца 1795г. православными вместе с более чем полумиллионом их прихожан".

В это самое время Киевский митрополит направил в Переяславль епископа Гервасия (Линцевского), который вместе со своими помощником игуменом Мелхиседеком развернул миссионерскую деятельность на правобережной Украине. Благодаря разумной и упорной работе они сумели разместить там большое число „духовных управляющих", которые возвращали народ к Православной вере отцов. Многие из них были ' униатами, сохранившими в душе верность Православию. Немало их погибло мученической смертью.

Усилия борцов за Православную Веру - архиепископов, епископов, деканов, приходских священников, всех, кто сплотился вокруг своих пастырей - не пропали даром. Униаты все чаще и чаще возвращались в лоно Православной Церкви, а в латинизированных городах и маленьких городках возрождалась православная духовная жизнь, народные белорусские и украинские традиции. Местное население отстраивало разрушенные церкви, а часто строило и новые.

Это вызывало, особенно после первого раздела Речи Посполитой, неудержимую ярость у католической иерархии, которая начала рядиться в одежды защиты польского духа. Усилились преследования всего православного, со все большим недоверием католики смотрели на собственное „детище" - униатскую Церковь. Ее беспощадно ограничивали, вынуждая ко все большей латинизации и полонизации. С особым рвением этим занимались иезуиты. Их орден был распущен в 1773г., но братья из Общества Иисуса тут же перешли в пустующие базилианские монастыри, где были приняты с распростертыми объятиями. Обрадованные горячим „братским" приемом, они немедленно приступили к реализации своего намерения - ввели в базилианских монастырях католические обряды и польский язык. Вскоре базилианские монастыри стали бастионами католицизма и идеологии превосходства польского народа перед другими.

Подобные процессы не сулили долгой жизни униатской Церкви. Понимая это, униатская элита стремилась предотвратить катастрофу. Представители образованных униатских кругов (молодые священники, гимназисты и академическая молодежь, учителя приходских школ, профессора университетов) начинали осознавать принадлежность к белорусскому или украинскому народу, что приводило их к стремлению представить и унию национальным вероисповеданием. „Закваской" этого движения в абсолютном большинстве были талантливые, амбициозные, но бедные сыновья провинциальных священников (их называли по их происхождению „поповичами"). Другая группа „поповичей" - проф. М.Бобровский, проф. И.Данилович, И.Онацевич, И.Ярошевич, А.Сосновский объединялась на основе происхождения из мест, ныне входящих в Белостоцкое воеводство.

„Поповичи" с немалым трудом продирались сквозь чащу официальной католическо- униатской лжи и фальши, чтобы дойти до исторической правды о своих белорусских или украинских национальных корнях. Очищая унию от навязанных ей латинизмов, они не раз к своему изумлению обнаруживали, что верой их отцов было Православие. Это также ускоряло процесс добровольного присоединения униатов к Православной Церкви. После смерти императрицы Екатерины II процесс этот несколько затормозился: причиной тому явилось заигрыв'ание ее наследников императоров Павла I и Александра I с католической иерархией и особенно с иезуитами. Эту невыгодную для Православия ситуацию на вершинах власти Российской империи тут же использовало католическое духовенство, привлекши в свою Церковь несколько тысяч униатов прежде всего в Беларуси.

Именно в этот период католический клир завладел умами белорусов, живущих в северовосточном воеводстве. Одновременно католическая иерархия совместно с латинизированной униатской иерархией атаковали ту часть униатского духовенства, которая стремилась освободиться от власти римско-католической Церкви, удалила из литургии латинизмы и польский язык, возвращалась к православной традиции богослужения на церковно-славянском языке, а также на белорусском и украинском языках. Особенно яростно католический клир боролся против униатских митрополитов Ираклия Лисовского и Ираклия Красовского. Несмотря на это, процесс отхода униатов от католической традиции все усиливался, чему позже способствовали Григорий Коханович и последний митрополит Иосафат Булгак.